Восстание: различия между версиями
Maqivi (обсуждение | вклад) Нет описания правки |
Maqivi (обсуждение | вклад) Нет описания правки |
||
| Строка 9: | Строка 9: | ||
| см. также = [[ослушание]], [[притеснение]], [[убийство]], [[политика]] | | см. также = [[ослушание]], [[притеснение]], [[убийство]], [[политика]] | ||
}} | }} | ||
'''Восста́ние''' ({{lang-ar|تمرد}}) прямо не | '''Восста́ние''' ({{lang-ar|تمرد}}) прямо не упо­ми­на­ется в [[Коран|Ко­ране]]. По мне­нию неко­то­рых [[комментатор|ком­мен­та­то­ров]], в трёх [[аят]]ах Корана так или иначе упо­ми­на­ют­ся вос­ста­ния. Вопрос о том, име­ет­ся ли в тексте Корана указание на мя­теж и [[Политика|по­лити­чес­кое]] насилие, трудно решить, ссы­ла­ясь только на [[текст Корана|текст Ко­ра­на]]. Хотя этот вопрос не за­тра­ги­вается в Коране явно, клас­си­чес­кие му­суль­манские правоведы утверждали, что в некоторых аятах Ко­ра­на со­дер­жать­ся поло­жения относи­тельно восстания или то­го, что из­вест­но как «[[ослушание|ос­лу­ша­ние]] и вы­ход про­тив [[правитель|правителя]]» [аль-х̮у­рӯдж ‘аля̄ аль-х̣а̄­ким].{{Превью}} | ||
== В Коране == | == В Коране == | ||
В течение первых столетий | В течение первых столетий распро­странения [[ислам]]а полити­чес­кие и правовые [[дебаты]] были сосре­дото­чены на трёх местах в Коране, которые, по-видимому, не затра­гивают непо­средст­венно вопрос восстания. В первом отрывке Все­вышний Аллах приказал [[Мусульмане|му­суль­манам]] '''[[Послушание|повино­ваться]]''' Ему, Его [[Посланник]]у {{сас}} и «облада­телям [[Власть|власти]] среди вас» [в̌а-ули ль-амри минкум; {{hqa5|4:59}}]. Неудиви­тельно, что Омей­ядские [[халиф]]ы, а затем и ‘Аб­ба­си­ды, столк­нувшись с много­числен­ными мятежами, утвер­ждали, что этот аят пред­пи­сы­ва­ет строгое подчи­нение правителям и [[запрет|запрещает]] все формы восстания{{sfn|El Fadl|2004|p=364}}. В под­держ­ку этой позиции также указы­вается большое коли­чество [[хадис]]ов [[пророк|про­рока]] [[Мухаммад|Му­хам­ма­да]] {{сас}}, запре­щающих восстание даже против [[Несправедливость|неспра­ведли­вого]] правите­ля<ref>{{book-ar|al-Shaybānī|Sunna|29, 445, 491, 492-494}}</ref>. | ||
Во втором отрывке | Во втором отрывке реши­тельно осуж­даются люди, которые воюют против Аллаха и Его Послан­ника {{сас}}, и стре­мятся рас­про­странять на [[земля|земле]] [[нечестие]] [в̌а-йас‘аўна фӣ-ль-ард̣и фаса̄дан]. Аят, извест­ный как '''''аят аль-хираба''''' {{hqa0|5:33}}, устанав­ливает су­ро­вые [[Наказание|нака­зания]], в том числе [[изгнание]] и [[смерть]], для тех, кто совершает такой от­вра­титель­ный поступок. В разных ис­точни­ках сообщается, что этот аят [[Обстоятельства ниспослания откровения|был ниспос­лан]], когда группа из [[Племена|племени]] ‘урайна [[Такия|сде­ла­ла вид]], что [[Обращение в веру|обра­тилась в ислам]], [[Кража|украла]] [[имущество|иму­щество]], [[Амана|дове­ренное]] им мусуль­манами, а затем замучила до смерти [[Бедность|бедно­го]] пас­ту­ха, которого послали [[Обучение|обучать]] их исла­му<ref>{{Rāzī||}}</ref><ref>{{Ibn Kathīr||}}</ref><ref>{{Zamakhsharī||}}</ref><ref>{{book-ar|Ibn al-Jawzī|Zād|}}</ref>. Различные го­су­дарст­венные чинов­ники и правители, начиная с пе­ри­ода Омей­ядов и до на­стояще­го вре­ме­ни, утвер­ждали что этот аят отно­сится к мятеж­никам{{sfn|El Fadl|2004|p=364}}. Со­ответст­венно, различ­ные пра­ви­те­ли, особенно в первые три века [[Календарь|хиджры]], утвер­ждали, что вос­стание строго запрещено и что повстанцы являются не­чес­тив­цами на земле [муфсидӯн фӣ-ль-ард̣], и поэтому их сле­дует рас­сматри­вать в со­ответ­ствии с суровыми наказа­ни­ями, из­ло­жен­ными в кора­ничес­ком аяте<ref>{{book-ar|Ṭabarī|Taʾrīk̲h̲|5/141, 142, 159, 202-37}}</ref><ref>{{book-ar|Ibn al-Athīr|Kāmil|3/336, 343, 344, 455}}</ref><ref>{{book-ar|Ibn al-Aʿtham|Futūḥ|3/114-152}}</ref><ref>{{book-ar|Ibn al-Jawzī|Muntaẓam|7/211, 212}}</ref>. | ||
Третий | Третий корани­ческий аят, извест­ный как '''''аят аль-баги''''' {{hqa0|49:9}}, был одним из самых важных для ранних ислам­ских дебатов о вос­стании, и тем аятом, по названию которого именуется область ислам­ского права о повстан­цах и мятеже [ах̣ка̄м аль-бу­га̄т]. В этом аяте даётся указание мусуль­манам искать [[мир]]ное решение любого спора или конфликта, которые происходят меж­ду ними, и далее указы­вается, что если одна из спорящих сторон отка­жется принять мирное решение, тогда такая груп­па ста­нет нару­ши­телем, а мусуль­мане должны бороться против такого наруши­теля, пока он не вернётся к мирному реше­нию воп­ро­са. Интересно отметить, что эта корани­ческая заповедь, по утвер­ждению клас­сических право­ведов, наиболее ак­ту­аль­ная в вопросе восстания{{sfn|El Fadl|2004|p=364}}. | ||
Вопреки | Вопреки утвер­ждениям Омей­ядов и ранних ‘Абба­сидов мусуль­манские право­веды утвер­ждали, что аят о не­чес­тии на земле должен приме­няться к бандитам и разбой­никам с большой дороги [к̣ут̣т̣а‘ ат̣-т̣урук̣], а не к мя­теж­ни­кам<ref>{{book-ar|Jaṣṣāṣ|Aḥkām|2/409-11, 413, 414}}</ref><ref>{{book-ar|Ibn Abī Zayd|Nawādir|14/474}}</ref>. Это было важно, потому что, по сути, это означало, что прави­тели не могут утвер­ждать, что суровое от­ноше­ние к пов­стан­цам утвер­ждено или санк­цио­ни­ровано Кораном{{sfn|El Fadl|2004|p=364}}. По словам право­ведов, Всевышний Аллах в Коране утвердил при­ми­ре­ние и достиже­ние мир­ных ре­ше­ний для всех меж­мусуль­манских конфликтов, включая конфликты с повстан­цами<ref>{{book-ar|Māwardī|Kitāb al-Qitāl|70-73, 75}}</ref>. | ||
Мусуль­манские право­веды согла­сились с тем, что повино­вение правителю является [[Обязательное|обяза­тельным]], если только такой пра­ви­тель прика­зывает что-то [[незаконное]]<ref>{{book-ar|Abū Dāwūd|Sunan|4/94}}</ref>. Среди право­ведов было неболь­шое разно­гласие относи­тельно того, что должно произойти, если правитель действи­тельно совершит неза­конный акт, при этом ответы разнятся, начиная с пас­сив­но­го со­про­тив­ления до во­оружён­ного вос­стания. В целом [[му‘тазилиты]], [[ши‘иты]] и значи­тельное число [[суннит]]ских право­ведов ут­вер­жда­ли, что во­оружён­ное вос­стание против не­справед­ливого и незакон­ного прави­теля является обя­за­тель­ным. После {{изхи|4|век=10}} ве­ка с рас­па­дом хали­фата ‘Абба­сидов и расту­щими случаями полити­ческих и соци­альных по­тря­се­ний [фитна] ответы му­‘та­зи­ли­тов, ши‘итов и сун­нитов стали всё более прагма­тичными, и менее идеа­лис­ти­ческими, по своей приро­де, и они также ста­ли сущест­венно похожи друг на друга. Они утвер­ждали, что вос­стание против не­спра­вед­ливого пра­вителя оправ­дано толь­ко в том случае, если сущест­вует реальная возмож­ность того, что такого прави­теля можно устра­нить путём вос­ста­ния, и вос­ста­ние не приведёт к большим соци­альным потря­сениям и [[Страдание|страда­ниям]], чем это про­изошло из-за неспра­ведливос­ти пра­ви­те­ля{{sfn|El Fadl|2004|p=365}}. То есть право­веды считали, что вос­стание оправ­дано только в том случае, если общее [[благо]] пере­вешива­ет ожи­дае­мое [[зло]]<ref>{{book-ar|Ibn ʿĀbidīn|Radd|6/415}}</ref><ref>{{book-ar|Ibn Mufliḥ|Furūʿ|6/160}}</ref><ref>{{book-ar|Juwaynī|G̲h̲iyāt̲h̲|115}}</ref>. Однако, большинство право­ведов утвер­ждали, что неза­конно участ­вовать или активно под­держи­вать не­сп­ра­вед­ли­вого прави­теля в осущест­влении его неза­конных приказов<ref>{{book-ar|Ibn Taymiyya|Siyāsa|77}}</ref>. | |||
Основное внимание | Основное внимание право­ведов, писавших после {{изхи|4|век=10}} века, было направ­лено не на оправдан­ность или допус­ти­мость вос­ста­ния, а на действия в отно­шении повстан­цев. Основы­ваясь на аяте аль-баги и преце­денте [[‘Али ибн Абу Талиб]]а {{ра}} в борь­бе с теми, кто восстал против него в битвах Вер­блюда и при [[Сиффин]]е, мусуль­манские правоведы разра­ботали слож­ную об­ласть права, известную как ''ах̣ка̄м аль-буга̄т'', которая связана с закон­ностью вос­стания и действий в отно­шении пов­стан­цев. Сог­лас­но поло­жениям ахкам аль-бугат, специ­альные правила приме­няются к мятеж­никам, которые сража­ются, по­лагаясь на «бла­го­видное толко­вание» [та’в̌ӣль мух̣тамаль] или «веское осно­вание», «законную жалобу» [з̱икр маз̣ля­мат̈]. Му­суль­мане, ко­то­рые по­ла­га­ют­ся на благо­видное толко­вание или благо­видное веское основание, обозна­чаются как бугат и к ним отно­сят­ся с оп­ре­делён­ной степенью добро­жела­тель­ности. Напротив, мусуль­мане, которые борются по пле­менным причинам [‘ас̣абий­йат̈] или из простой [[Жадность|жад­ности]], не считаются бугатами и не имеют права на добро­жела­тельное отно­шение{{sfn|El Fadl|2004|p=365}}. | ||
Согласно мнению | Согласно мнению клас­сический право­ведов, те, кто не пола­гается на благо­видное толко­вание или веское осно­вание, рас­смат­ри­ва­ются как бандиты или разбой­ники и должны быть убиты или [[Казнь|казнены]], а при опре­делён­ных обстоя­тель­ствах им гро­зит ам­пу­та­ция конеч­ности или изгна­ние<ref name="Muqriʾ">{{book-ar|Ibn al-Muqriʾ|Ik̲h̲lāṣ|4/128}}</ref><ref name="ʿĀbidīn-7/188">{{book-ar|Ibn ʿĀbidīn|Radd|7/188}}</ref><ref>{{book-ar|Nawawī|Rawḍa|7/364, 365}}</ref>. Другими словами, аят аль-хираба приме­няется только к обычным раз­бой­ни­кам или к мя­теж­никам, у которых нет благо­видного толко­вания или веского осно­вания, следо­ва­тельно, не квали­фи­ци­рую­щие­ся как бугат. Однако, если мятеж­ники действи­тельно квали­фици­руются, как бугат, их [[дезертиры]] и [[Травма|раненые]] не мо­гут быть высланы. [[Плен]]ённые повстан­цы не мо­гут быть казнены или обра­щены в [[рабство]], а [[дети]] и [[женщины]] мятеж­ников не мо­гут быть умыш­ленно убиты, заклю­чены в [[Тюрьма|тюрьму]] или обра­щены в рабство. Пленён­ные пов­станцы-[[мужчины]] должны быть ос­во­бождены после [[Сражение|битвы]] или опас­ности продол­жения боевых действий{{sfn|El Fadl|2004|p=365}}. Кроме того, иму­щество повстан­цев не мо­жет счи­таться [[Трофей|трофеем]], а любое захва­ченное иму­щество должно быть воз­вра­щено после прекра­щения боевых действий. Сред­ст­ва мас­сового уничто­жения, такие как бал­листа, [[Огонь|огне­мёты]] или [[Потопление|затоп­ление]], не могут исполь­зоваться без крайней не­об­хо­ди­мос­ти. Повстан­цы не могут быть изуро­дованы или под­вергнуты [[Пытки|пыткам]] ни при каких обстоя­тель­ствах, а также им не мо­жет быть отказано в [[Погребение|погре­бении]] по мусуль­манским канонам. Кроме того, повстанцы не могут быть наказаны или при­вле­че­ны к ответ­ствен­ности за действия, совер­шённые в ходе боевых действий. По мнению боль­шинства правовых школ бугаты не являются [[грешник]]ами или преступ­никами{{sfn|El Fadl|2004|p=366}}. Более того, по мнению мусуль­манских право­ведов, [[термин]] бугат не оз­на­ча­ет осуж­дения или обви­нение [ляйса би-исм з̱амм]<ref>{{book-ar|Māwardī|Kitāb al-Qitāl|164, 165}}</ref><ref>{{book-ar|Ibn Qudāma|Mug̲h̲nī|10/61}}</ref>. Исклю­чение состав­ляют [[ханафиты]], которые счи­тали, что бугат яв­ля­ют­ся греш­никами, но согла­сились с тем, что их нельзя рас­смат­ривать как обыч­ных преступ­ников<ref>{{book-ar|Jaṣṣāṣ|Aḥkām|3/402-404}}</ref>. | ||
Требо­вание та’виля, «толко­вания или причины», которое квали­фицирует повстан­цев, рас­сматри­ваемых как бугат, несколько расплыв­чато. По сути, это означает, что повстанцы пола­гаются на [[Религия|религи­озное]] толко­вание, которое, по мнению пра­во­ве­дов, не явля­ется [[еретик|ерети­ческим]]. Мусуль­манские право­веды не хотели отож­дест­влять му­сульман, ко­то­рые сража­ются или вос­ста­ют из-за «высших мотивов» или бес­корыст­ных причин с теми, кто прибе­гает к [[Насилие|насилию]] из-за же­ла­ния полу­чить вы­го­ду или от слепой вер­ности племени или [[Семья|семье]]. Незави­симо от харак­тера та’виля, право­веды считали, что для того, что­бы бу­гат мог претендовать на приви­легиро­ванное отно­шение, они должны обладать степенью [[силы]] или шаукой ({{lang-ar|شَوْقٌ||ша­ўк̣}}). Сила в этом кон­тексте означает, что бугат должен иметь опре­делённую числен­ность, чтобы их было трудно [[Победа|победить]]. Пра­во­ве­ды не указывают, сколько людей нужно для шауки, но просто заявляют, что одного или двух человек недоста­точно. Они утвер­ждали, что без требо­вания шауки, рас­простра­нится анархия и без­законие [х̣атта̄ ля тафсад ас-сийа̄са̄т], так как каж­дый нечес­тивец будет выду­мывать или фальси­фици­ровать та’виль и заявит, что он баги (ед. ч. от бугат)<ref>{{book-ar|Ghazālī|Wajīz|164}}</ref>. Следо­ва­тель­но, если пов­станцы прибе­гают к силе, пола­гаясь на благо­видный та’виль, но не имеют шауку, то они будут рас­сматри­вать­ся как обыч­ные преступ­ники и будут нести ответ­ствен­ность за [[убийство]] или разру­шенное иму­щес­тво{{sfn|El Fadl|2004|p=366}}. | |||
Мусуль­манские право­веды, писавшие после мон­голь­ских нашест­вий в {{изхи|7|век=13}} веке, начали подчёр­кивать проблему, которая, воз­можно, уместна для совре­менной эпохи. Многие право­веды утвер­ждали, что неко­торые методы во­оружён­ного вос­ста­ния на­столь­ко пре­досуди­тельны и без­нравст­венны, что мятеж­ники, которые предпо­читают исполь­зовать такие методы, дол­жны рас­сматри­ваться в соответ­ствии с аятом аль-хираба, как нечес­тивцы на земле, а не по аяту аль-баги, как бугат. Эти пра­вове­ды ут­верждали, что повстанцы, которые атакуют скрытно и без разбору убивают ни в чём не повинных граж­дан­ских лиц, не дол­жны иметь статус бугата, даже если они придер­жива­ются та’виля и обла­дают шаукой. Скорее, из-за их неиз­би­ра­тельных и на­во­дящий ужас методов, такие повстанцы должны рас­сматри­ваться как муха­рибун из аята аль-хираба и, следо­ва­тельно, мо­гут быть привле­чены к ответ­ствен­ности за свои преступ­ления и даже казнены. Несмотря на то, что они пола­га­ются на рели­гиозное толко­вание или веское основание, такой муха­рибун совершает тяжкий грех, за который он должен быть [[Божья кара|на­ка­зан]] в [[Этот мир|Этом мире]] и в [[Будущая жизнь|Будущей жизни]]<ref name="Muqriʾ" /><ref name="ʿĀbidīn-7/188" />. Некоторые со­времен­ные учёные отметили сходство между тем, что сред­не­вековые право­веды осуждали как муха­рибун и дейст­виями тер­ро­рис­тов сегодня{{sfn|El Fadl|2004|p=367}}. | |||
{{Литература}} | {{Литература}} | ||
Текущая версия от 05:09, 21 августа 2024
| Восстание |
| по-арабски: تمرد |
| в Коране: 4:59; 5:33; 49:9 |
| теги: - |
| ключевые слова: мятеж, неповиновение, бунт, выход против правителя |
| см. также: ослушание, притеснение, убийство, политика |
Восста́ние (ар. تمرد) прямо не упоминается в Коране. По мнению некоторых комментаторов, в трёх аятах Корана так или иначе упоминаются восстания. Вопрос о том, имеется ли в тексте Корана указание на мятеж и политическое насилие, трудно решить, ссылаясь только на текст Корана. Хотя этот вопрос не затрагивается в Коране явно, классические мусульманские правоведы утверждали, что в некоторых аятах Корана содержаться положения относительно восстания или того, что известно как «ослушание и выход против правителя» [аль-х̮урӯдж ‘аля̄ аль-х̣а̄ким].
В Коране
В течение первых столетий распространения ислама политические и правовые дебаты были сосредоточены на трёх местах в Коране, которые, по-видимому, не затрагивают непосредственно вопрос восстания. В первом отрывке Всевышний Аллах приказал мусульманам повиноваться Ему, Его Посланнику ﷺ и «обладателям власти среди вас» [в̌а-ули ль-амри минкум; 4:59]. Неудивительно, что Омейядские халифы, а затем и ‘Аббасиды, столкнувшись с многочисленными мятежами, утверждали, что этот аят предписывает строгое подчинение правителям и запрещает все формы восстания[1]. В поддержку этой позиции также указывается большое количество хадисов пророка Мухаммада ﷺ, запрещающих восстание даже против несправедливого правителя[2].
Во втором отрывке решительно осуждаются люди, которые воюют против Аллаха и Его Посланника ﷺ, и стремятся распространять на земле нечестие [в̌а-йас‘аўна фӣ-ль-ард̣и фаса̄дан]. Аят, известный как аят аль-хираба [5:33], устанавливает суровые наказания, в том числе изгнание и смерть, для тех, кто совершает такой отвратительный поступок. В разных источниках сообщается, что этот аят был ниспослан, когда группа из племени ‘урайна сделала вид, что обратилась в ислам, украла имущество, доверенное им мусульманами, а затем замучила до смерти бедного пастуха, которого послали обучать их исламу[3][4][5][6]. Различные государственные чиновники и правители, начиная с периода Омейядов и до настоящего времени, утверждали что этот аят относится к мятежникам[1]. Соответственно, различные правители, особенно в первые три века хиджры, утверждали, что восстание строго запрещено и что повстанцы являются нечестивцами на земле [муфсидӯн фӣ-ль-ард̣], и поэтому их следует рассматривать в соответствии с суровыми наказаниями, изложенными в кораническом аяте[7][8][9][10].
Третий коранический аят, известный как аят аль-баги [49:9], был одним из самых важных для ранних исламских дебатов о восстании, и тем аятом, по названию которого именуется область исламского права о повстанцах и мятеже [ах̣ка̄м аль-буга̄т]. В этом аяте даётся указание мусульманам искать мирное решение любого спора или конфликта, которые происходят между ними, и далее указывается, что если одна из спорящих сторон откажется принять мирное решение, тогда такая группа станет нарушителем, а мусульмане должны бороться против такого нарушителя, пока он не вернётся к мирному решению вопроса. Интересно отметить, что эта кораническая заповедь, по утверждению классических правоведов, наиболее актуальная в вопросе восстания[1].
Вопреки утверждениям Омейядов и ранних ‘Аббасидов мусульманские правоведы утверждали, что аят о нечестии на земле должен применяться к бандитам и разбойникам с большой дороги [к̣ут̣т̣а‘ ат̣-т̣урук̣], а не к мятежникам[11][12]. Это было важно, потому что, по сути, это означало, что правители не могут утверждать, что суровое отношение к повстанцам утверждено или санкционировано Кораном[1]. По словам правоведов, Всевышний Аллах в Коране утвердил примирение и достижение мирных решений для всех межмусульманских конфликтов, включая конфликты с повстанцами[13].
Мусульманские правоведы согласились с тем, что повиновение правителю является обязательным, если только такой правитель приказывает что-то незаконное[14]. Среди правоведов было небольшое разногласие относительно того, что должно произойти, если правитель действительно совершит незаконный акт, при этом ответы разнятся, начиная с пассивного сопротивления до вооружённого восстания. В целом му‘тазилиты, ши‘иты и значительное число суннитских правоведов утверждали, что вооружённое восстание против несправедливого и незаконного правителя является обязательным. После 10 века с распадом халифата ‘Аббасидов и растущими случаями политических и социальных потрясений [фитна] ответы му‘тазилитов, ши‘итов и суннитов стали всё более прагматичными, и менее идеалистическими, по своей природе, и они также стали существенно похожи друг на друга. Они утверждали, что восстание против несправедливого правителя оправдано только в том случае, если существует реальная возможность того, что такого правителя можно устранить путём восстания, и восстание не приведёт к большим социальным потрясениям и страданиям, чем это произошло из-за несправедливости правителя[15]. То есть правоведы считали, что восстание оправдано только в том случае, если общее благо перевешивает ожидаемое зло[16][17][18]. Однако, большинство правоведов утверждали, что незаконно участвовать или активно поддерживать несправедливого правителя в осуществлении его незаконных приказов[19].
Основное внимание правоведов, писавших после 10 века, было направлено не на оправданность или допустимость восстания, а на действия в отношении повстанцев. Основываясь на аяте аль-баги и прецеденте ‘Али ибн Абу Талиба 
в борьбе с теми, кто восстал против него в битвах Верблюда и при Сиффине, мусульманские правоведы разработали сложную область права, известную как ах̣ка̄м аль-буга̄т, которая связана с законностью восстания и действий в отношении повстанцев. Согласно положениям ахкам аль-бугат, специальные правила применяются к мятежникам, которые сражаются, полагаясь на «благовидное толкование» [та’в̌ӣль мух̣тамаль] или «веское основание», «законную жалобу» [з̱икр маз̣лямат̈]. Мусульмане, которые полагаются на благовидное толкование или благовидное веское основание, обозначаются как бугат и к ним относятся с определённой степенью доброжелательности. Напротив, мусульмане, которые борются по племенным причинам [‘ас̣абиййат̈] или из простой жадности, не считаются бугатами и не имеют права на доброжелательное отношение[15].
Согласно мнению классический правоведов, те, кто не полагается на благовидное толкование или веское основание, рассматриваются как бандиты или разбойники и должны быть убиты или казнены, а при определённых обстоятельствах им грозит ампутация конечности или изгнание[20][21][22]. Другими словами, аят аль-хираба применяется только к обычным разбойникам или к мятежникам, у которых нет благовидного толкования или веского основания, следовательно, не квалифицирующиеся как бугат. Однако, если мятежники действительно квалифицируются, как бугат, их дезертиры и раненые не могут быть высланы. Пленённые повстанцы не могут быть казнены или обращены в рабство, а дети и женщины мятежников не могут быть умышленно убиты, заключены в тюрьму или обращены в рабство. Пленённые повстанцы-мужчины должны быть освобождены после битвы или опасности продолжения боевых действий[15]. Кроме того, имущество повстанцев не может считаться трофеем, а любое захваченное имущество должно быть возвращено после прекращения боевых действий. Средства массового уничтожения, такие как баллиста, огнемёты или затопление, не могут использоваться без крайней необходимости. Повстанцы не могут быть изуродованы или подвергнуты пыткам ни при каких обстоятельствах, а также им не может быть отказано в погребении по мусульманским канонам. Кроме того, повстанцы не могут быть наказаны или привлечены к ответственности за действия, совершённые в ходе боевых действий. По мнению большинства правовых школ бугаты не являются грешниками или преступниками[23]. Более того, по мнению мусульманских правоведов, термин бугат не означает осуждения или обвинение [ляйса би-исм з̱амм][24][25]. Исключение составляют ханафиты, которые считали, что бугат являются грешниками, но согласились с тем, что их нельзя рассматривать как обычных преступников[26].
Требование та’виля, «толкования или причины», которое квалифицирует повстанцев, рассматриваемых как бугат, несколько расплывчато. По сути, это означает, что повстанцы полагаются на религиозное толкование, которое, по мнению правоведов, не является еретическим. Мусульманские правоведы не хотели отождествлять мусульман, которые сражаются или восстают из-за «высших мотивов» или бескорыстных причин с теми, кто прибегает к насилию из-за желания получить выгоду или от слепой верности племени или семье. Независимо от характера та’виля, правоведы считали, что для того, чтобы бугат мог претендовать на привилегированное отношение, они должны обладать степенью силы или шаукой (ар. شَوْقٌ [шаўк̣]). Сила в этом контексте означает, что бугат должен иметь определённую численность, чтобы их было трудно победить. Правоведы не указывают, сколько людей нужно для шауки, но просто заявляют, что одного или двух человек недостаточно. Они утверждали, что без требования шауки, распространится анархия и беззаконие [х̣атта̄ ля тафсад ас-сийа̄са̄т], так как каждый нечестивец будет выдумывать или фальсифицировать та’виль и заявит, что он баги (ед. ч. от бугат)[27]. Следовательно, если повстанцы прибегают к силе, полагаясь на благовидный та’виль, но не имеют шауку, то они будут рассматриваться как обычные преступники и будут нести ответственность за убийство или разрушенное имущество[23].
Мусульманские правоведы, писавшие после монгольских нашествий в 13 веке, начали подчёркивать проблему, которая, возможно, уместна для современной эпохи. Многие правоведы утверждали, что некоторые методы вооружённого восстания настолько предосудительны и безнравственны, что мятежники, которые предпочитают использовать такие методы, должны рассматриваться в соответствии с аятом аль-хираба, как нечестивцы на земле, а не по аяту аль-баги, как бугат. Эти правоведы утверждали, что повстанцы, которые атакуют скрытно и без разбору убивают ни в чём не повинных гражданских лиц, не должны иметь статус бугата, даже если они придерживаются та’виля и обладают шаукой. Скорее, из-за их неизбирательных и наводящий ужас методов, такие повстанцы должны рассматриваться как мухарибун из аята аль-хираба и, следовательно, могут быть привлечены к ответственности за свои преступления и даже казнены. Несмотря на то, что они полагаются на религиозное толкование или веское основание, такой мухарибун совершает тяжкий грех, за который он должен быть наказан в Этом мире и в Будущей жизни[20][21]. Некоторые современные учёные отметили сходство между тем, что средневековые правоведы осуждали как мухарибун и действиями террористов сегодня[28].
Примечания
- ↑ 1,0 1,1 1,2 1,3 El Fadl, 2004, p. 364.
- ↑ al-S̲h̲aybānī, Sunna. — 29, 445, 491, 492-494. (ар.)
- ↑ al-Rāzī, Mafātīḥ al-g̲h̲ayb. (ар.)
- ↑ Ibn Kat̲h̲īr, Tafsīr al-Qurʾān al-ʿaẓīm. (ар.)
- ↑ M. al-Zamak̲h̲sharī, al-Kas̲h̲s̲h̲āf. (ар.)
- ↑ Ibn al-Jawzī, Zād. (ар.)
- ↑ M. al-Ṭabarī, Taʾrīk̲h̲. — 5/141, 142, 159, 202-37. (ар.)
- ↑ Ibn al-At̲h̲īr, Kāmil. — 3/336, 343, 344, 455. (ар.)
- ↑ Ibn al-Aʿt̲h̲am, Futūḥ. — 3/114-152. (ар.)
- ↑ Ibn al-Jawzī, Muntaẓam. — 7/211, 212. (ар.)
- ↑ Abū Bakr al-Jaṣṣāṣ, Aḥkām. — 2/409-11, 413, 414. (ар.)
- ↑ Ibn Abī Zayd, Nawādir. — 14/474. (ар.)
- ↑ al-Māwardī, Kitāb al-Qitāl. — 70-73, 75. (ар.)
- ↑ Abū Dāwūd, Sunan. — 4/94. (ар.)
- ↑ 15,0 15,1 15,2 El Fadl, 2004, p. 365.
- ↑ Ibn ʿĀbidīn, Radd. — 6/415. (ар.)
- ↑ Ibn Mufliḥ, Furūʿ. — 6/160. (ар.)
- ↑ al-Juwaynī, G̲h̲iyāt̲h̲. — 115. (ар.)
- ↑ Ibn Taymiyya, Siyāsa. — 77. (ар.)
- ↑ 20,0 20,1 Ibn al-Muqriʾ, Ik̲h̲lāṣ. — 4/128. (ар.)
- ↑ 21,0 21,1 Ibn ʿĀbidīn, Radd. — 7/188. (ар.)
- ↑ M. al-Nawawī, Rawḍa. — 7/364, 365. (ар.)
- ↑ 23,0 23,1 El Fadl, 2004, p. 366.
- ↑ al-Māwardī, Kitāb al-Qitāl. — 164, 165. (ар.)
- ↑ Ibn Qudāma, Mug̲h̲nī. — 10/61. (ар.)
- ↑ Abū Bakr al-Jaṣṣāṣ, Aḥkām. — 3/402-404. (ар.)
- ↑ Abū Ḥāmid al-G̲h̲azālī, Wajīz. — 164. (ар.)
- ↑ El Fadl, 2004, p. 367.
Литература
- Использованная литература
- El Fadl, Khaled Abou, Rebellion // Encyclopaedia of the Qurʾān. — Leiden : E. J. Brill, 2004. — Vol. IV (P—Sh). — P. 363. (англ.)
- Дополнительная литература
- A. Şafak, Bağy // TDV İslâm Ansiklopedisi. — İstanbul, 1991. — c. 4. s. 451-452. (тур.)
Информация о статье
- Автор: Нагметов, Р. Ш.; E-mail: feedback@quranacademy.org.
- Библиографическая ссылка: Восстание [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2022 г.
- URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/tamarrud
- Дата первой публикации: 26 августа 2022 г.
Сотрудничество
Академия Корана приглашает к сотрудничеству авторов статей, редакторов, переводчиков, волонтёров и т. д. Об условиях сотрудничества и других интересующих Вас вопросах можете спросить в нашем Телеграм-аккаунте.
 Основной автор этой статьи — участник Maqivi. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи или на страницу обсуждения участника.
Ссылки: 🔍 Просмотр (адм, арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги: / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}} |
| Насилие | |
|---|---|
| Война (الحرب — харб) | Войско (джунд) • Джихад (الجهاد) • Завоевание (фатх) • Оружие (аслиха) • Отвага (шаджа‘а) • Пленник (асир) • Победа (фавз) • Походы и битвы Пророка (галиб) • Сражение (القتال — киталь) Трофеи (ганима) |
| Вражда (‘адава) | Убийство (катль) |
| Восстание (хурудж, тамарруд) | Ослушание • Послушание (та‘а) • Притеснение (рахак) • Притеснение на Земле (мустад‘ифун) |
