Кодекс ‘Усмана

Кодекс ‘Усмана

по-арабски: مصحف عثمان

теги: -

ключевые слова: мусхаф ‘Усмана, кодекс ‘Усмана

см. также: кодификация Корана: собирание, свиток Абу Бакра ; история Корана

После смерти пророка Мухаммада ﷺ сподвижники читали Коран семью харфами, как их обучил этому сам Пророк ﷺ. Это продолжалось до эпохи правления третьего Праведного халифа ‘Усмана ибн ‘Аффана , когда между чтецами Корана возникли серьезные разногласия по поводу правильности чтения Корана. В 645 году халиф собрал совет из мухаджиров и ансаров, на котором было принято решение размножить записи Корана, сохранив только те, что написаны на курайшитском диалекте арабского языка. Халиф поручил Зайду ибн Сабиту и ещё нескольким чтецам составить несколько списков Корана для того, чтобы разослать их в гла­вные го­ро­да Халифата. Количество этих списков в разных источниках разнится и варьируется от четырёх до семи. Впоследствии эти экземпляры получили название «кодекс ‘Усмана». Все остальные записи и свитки, которые не были единодушно утверждены сподвижниками должны были быть уни­что­же­ны.

Списки Корана

Коран не был собран в виде книги при жизни пророка Мухаммада ﷺ из-за того, что никто не знал, когда будут прекращены откровения, в какую именно суру войдут новые откровения и какие аяты будут отменены и удалены из Священного писания.

Когда же ниспослание откровений было завершено, Зайд ибн Сабит по распоряжению Абу Бакра расположил аяты по сурам в той последовательности, в какой Пророк ﷺ читал их во время последнего предъявления.

Записи проповедей Мухаммада еще при жизни вели его секретари Убайй б. Ка’б и Зайд б. Сабит; фиксировали их в письменном виде и некоторые его сподвижники и близкие, такие, как Али, Абдаллах б. Мас’уд, какие-то записи имелись у его жен: Аиши, Хафсы и Умм Саламы. Значительная часть мусульман хранила и передавала, проповеди изустно, затем они для памяти записывались на различном подручном материале: черепках, коже, бараньих лопатках. Ни о каком сводном тексте речи быть не могло.

Согласно (мусульманской исторической традиции, первую попытку письменной фиксации всего объема проповедей предпринял Абу Бакр после битвы в «саду смерти», когда погибло много устных хранителей Корана (см. т. 1, с. 198 — 199). Может быть, главным результатом этой инициативы была лишь активизация записи того, что прежде держалось в памяти.

Ко времени Усмана каждый из крупных провинциальных центров имел свою, авторитетную для него редакцию: в Басре это была редакция Абу Мусы аль-Аш’ари, в Куфе — Абдаллаха б. Мас’уда, в Сирии — Убаййа б. Ка’ба. В Медине каноническими считались, по-видимому, списки Зайда б. Сабита и Хафсы или же существовал какой-то иной общепринятый в среде старейших сподвижников свод текста, так как ни о каких текстологических разногласиях в Медине не сообщается. В спорных случаях опрашивали несколько авторитетов: «Слышал ли ты, как посланник Аллаха сказал то-то и то-то?» — их подтверждения было достаточно.

Как свидетельствуют средневековые знатоки истории текста Корана, «Фатиха» отсутствовала в своде Абдаллаха б. Мас’уда, так же как завершающие две суры-молитвы (113-я и 114-я) [+12]. Сообщаемый этими знатоками перечень сур свода Ибн Мас’уда и Убаййа свидетельствует, что, несмотря на все различия, общий принцип расположения сур был тот же, что в Усмановской редакции. И во всех случаях Коран начинался (если не считать «Фатиху») с первой мединской суры «Корова» [+13]. Это позволяет предполагать, что такой порядок сложился на раннем этапе письменной фиксации, скорее всего в первые годы хиджры, а не был установлен при Усмане.

Причины составления

Во время правления халифа ‘Усмана стали чаще возникать разногласия относительно вариантов чтения Корана. Причиной этих ра­зно­гласий стало то, что в различных областях Халифата распространялись чтения, восходящих к разным авторам и авторитетным чте­цам Корана. Так, среди жителей Ирака распространилось чтения Ибн Мас’уда и Абу Мусы аль-Аш‘ари , а среди жителей Па­ле­стины и Сирии Абу ад-Дарды . Различия между этими чтениями были связаны с существованием семи харфов, что смущали тех, кто не был осведомлён об особенностях ниспослания Корана. Одним из самых известных разногласий был спор между сирийскими и иракскими воинами во время похода в Южный Азербайджан.

При завоевании Армении и Южного Азербайджана халиф ‘Усман велел войскам из Сирии (Шама) и Ирака объединиться для нанесения более эффективного удара по противнику. Иракскими войсками командовал Сальман ибн Раби‘а аль-Бахили, а силами из Сирии — Хабиб ибн Масляма аль-Фихри. Во главе армии из Мадаина, которая входила в иракскую группу войск находился сподвижник пророка Мухаммада ﷺ Хузайфа ибн аль-Йаман . Согласно одним сообщениям, это произошло во 2 или 3 году правления ‘Усмана, что приходится на 15 год хиджры (636 год). Согласно другим сообщениям, это произошло в первом году правления ‘Усмана , т. е. в конце 14 — начале 15 годов хиджры. В исторических летописях отмечается, что Армения была завоевана именно в тот период, сразу после того, как аль-Валид ибн ‘Укба был назначен губернатором Куфы.

Между сирийскими и иракскими солдатами начались разногласия по поводу различных чтений Корана, свидетелем которых стал Хузайфа ибн аль-Йаман . По словам Анаса ибн Малика Хузайфа пришёл к халифу ‘Усману и сказал: «О повелитель правоверных! Возьмись за эту общину до того, как они разойдутся во мнениях по поводу Писания, Подобно тому как разошлись во мнениях иудеи и христиане». ‘Умара ибн Газиййа рассказывал, что Хузайфа вернулся с битвы и, не войдя в дом, направился к ‘Усману . Он сказал: «О повелитель правоверных, возьмись за людей!» ‘Усман спросил: «В чём дело?» Хузайфа ответил: «Я сражался на границе с Арменией. Жители Сирии там читают Коран так, как читает Убайй ибн Ка‘б , и они произносят то, чего не слышали жители Ирака. А жители Ирака читают его так, как читает ‘Абдуллах ибн Мас‘уд , и произносят то, чего не слышали жители Сирии. Вот они и обвиняют друг друга в неверии».

Абу Куляба рассказывал, что во времена правления ‘Усмана один преподаватель обучал одному чтению, а другой — другому. Когда их ученики встретились друг с другом, они начали спорить. Преподаватели узнали об этом и стали обвинять друг друга в неверии. Весть об этом дошла до ‘Усмана , и он обратился к людям с проповедью: «Вы препираетесь друг с другом, будучи возле меня, и это значит, что разногласия между теми, кто вдалеке от меня, в провинциях, ещё более серьёзные». После этого к нему прибыл Хузайфа и рассказал о спорах между жителями провинций.

‘Усман ибн ‘Аффан принял решение размножить экземпляры Корана не самостоятельно, а посоветовавшись со старейшими сподвижниками. ‘Али ибн Абу Талиб сказал: «Говорите об ‘Усмане только хорошее. Клянусь Аллахом, то, что он сделал со свитками, он сделал, посоветовавшись с нами. Он сказал нам: „Что вы говорите об этом чтении? До меня дошли слухи о том, что некоторые из вас говорят, что их чтения лучше других. Эти слова близки к тому, чтобы стать неверием“. Мы сказали: „Что же ты предлагаешь?“ Он сказал: „Я предлагаю всем людям принять единый список, чтобы не было ни различий, ни разногласий“. Мы же сказали: „Твоё предложение прекрасно“».

Понятно, что при всем благоговении перед текстом откровения объем хранившегося в памяти и в записях разных людей, которых к тому же завоевательные походы разбросали по обширной территории, был различным, а в совпадающем объеме текста имелось множество мелких и крупных разночтений.

Иначе обстояло дело в провинциях. Наметившееся к этому времени политическое соперничество между ними отражалось и в спорах о тексте Корана. Как сообщает один из ранних средневековых знатоков истории текста Корана, острота разногласий в Куфе доходила до того, что в одном углу мечети собирались для чтения Корана «по Абу Мусе», а в другом — по «Ибн Мас’уду». Очевидцы подобных споров обратились к Усману с предложением утвердить текст, который был бы принят всеми и снял бы опасные разногласия [+11].

Комиссия

Для размножения текста писания ‘Усман собрал совет из двенадцати знатоков Корана — курайшитов и ансаров. Мус‘аб ибн Са‘д рассказывал, что ‘Усман спросил: «Кто лучше всего пишет Коран?» Люди сказали: «Зайд ибн Сабит , секретарь посланника Аллаха ﷺ». Затем он спросил: «Кто лучше всех осведомлён о флексии?» Люди сказали: «Са‘ид ибн аль-‘Ас ». Тогда ‘Усман сказал: «Пусть Са‘ид диктует, а Зайд записывает».

В версии Са‘ида ибн ‘Абд аль-‘Азиза сообщается, что Коран был записан так, как его читал Са‘ид ибн аль-‘Ас ибн Са‘ид ибн аль-‘Ас ибн Умаййа , потому что он лучше других читал его на диалекте Посланника Аллаха ﷺ. Ибн Са‘д сообщил, что отец Са‘ида был язычником и погиб в битве при Бадре, а его дед умер язычником ещё раньше. Сам же он обратился в ислам и прожил рядом с Пророком ﷺ девять лет. Хадисы, рассказанные им со слов ‘Аиши и ‘Усмана , приводятся в сборнике Муслима. ‘Усман назначил его губернатором Куфы, а Му‘авийа — губернатором Медины. Он был известен своим великодушием и выдержкой, и Му‘авийа говорил: «В каждом народе есть щедрый человек, и самый щедрый среди нас — это Са‘ид ».

Помимо этих двух знатоков Корана в совет также вошли Убайй ибн Ка‘б , ‘Абдаллах ибн аз-Зубайр , ‘Абд ар-Рахман ибн аль-Харис ибн Хишам , Малик ибн Абу ‘Амир , Касир ибн Афлях , Анас ибн Малик , ‘Абдуллах ибн ‘Аббас . Ибн Хаджар аль-‘Аскаляни не назвал имена остальных трёх членов совета. ‘Умар ибн аль-Хаттаб говорил: «Свитки должны читать только юноши из числа курайшитов и сакифитов». Однако среди упомянутых выше членов совета не было ни одного человека из племени сакиф. Все они были либо курайшитами, либо ансарами.

‘Абдуллах ибн Мас‘уд тяжело переживал то, что его отстранили от размножения экземпляров Корана. Ат-Тирмизи сообщил, что он был недоволен решением поручить это дело Зайду ибн Сабиту и даже сказал: «О мусульмане! Я отстранён от переписывания Корана, и этим делом занимается человек, который — клянусь Аллахом! — находился в чреслах неверующего, когда я уже принял ислам». Он имел в виду Зайда ибн Сабита . В другом хадисе приводятся следующие слова Ибн Мас‘уда : «Я уже обучился у Посланника Аллаха ﷺ, семидесяти сурам, когда Зайд ибн Сабит был ещё ребёнком».

Однако отношение ‘Усмана к Ибн Мас‘уду не было предвзятым. Во-первых, свиток Корана переписывали в Медине, тогда как Ибн Мас‘уд находился в Куфе. Во-вторых, Зайд ибн Сабит считался одним из лучших чтецов Корана и собирал откровения ещё при жизни Абу Бакра , и тогда это не вызвало возражений ни у кого из сподвижников. В-третьих, по свидетельству Ибн Шихаба аз-Зухри, уважаемые сподвижники были недовольны такими словами Ибн Мас‘уда .

Работа над списком

Дошедшие до нас предания позволяют утверждать, что ‘Усман определил обязанности членов совета и велел им прислушиваться к мнению Зайда ибн Сабита . Он сказал: «Если между вами и Зайдом ибн Сабитом возникнут разногласия по поводу Корана, то запишите его на диалекте курайшитов, потому что он был ниспослан на их диалекте». Ат-Тирмизи передал хадис о том, что между ними были разногласия, например, по поводу чтения слова табут («деревянный сундук»). Курайшиты читали его табут, а Зайд , будучи уроженцем Ясриба (Медины), — табух. Когда же они обратились к ‘Усману , тот сказал: «Запишите табут, потому что [Коран] ниспослан на дилекте курайшитов».

‘Усман послал к Хафсе бинт ‘Умар гонца и поручил передать ей следующее: «Пошли нам листы, которые хранятся у тебя. Мы перепишем их в свитки и вернём тебе». Хафса отправила их ‘Усману , а тот приказал Зайду ибн Сабиту , ‘Абдуллаху ибн аз-Зубайру , Са‘иду ибн аль-‘Асу и ‘Абд ар-Рахману ибн аль-Харису ибн Хишаму переписать их в свитки Корана. Они выполнили его поручение. Когда же они переписали листы в свитки, ‘Усман вернул листы Хафсе .

При переписывании Корана и сверке текста с записями сподвижников один аят из суры аль-Ах̣­за̄б (33, «Сон­мы») был найден только у ансара по имени Хузайма ибн Сабит . Это был тот самый сподвижник, свидетельство которого пророк Мухаммад ﷺ приравнял к свидетельствам двух мужей. Зайд ибн Сабит рассказывал: «Когда мы переписывали [Коран] из листов в списки, я не мог найти аят из суры «Союзники», который я слышал из уст Посланника Аллаха ﷺ. Я нашёл его только у Хузаймы ибн Сабита аль-Ансари , чьё свидетельство Посланник Аллаха ﷺ, приравнял к свидетельству двух мужчин. Это был аят: Среди верующих есть мужи, которые верны завету, заключённому с Аллахом… [33:23]».

Главные отличия между списком Абу Бакра и списком ‘Усмана заключаются в том, что перед халифом Абу Бакром стояла за­да­ча уберечь Коран от исчезновения и искажения, а халиф ‘Усман стремился помочь чтецам в провинциях избежать разногласий, свя­занных с разными чтениями Корана. Комиссия не отразила все харфы, а в случае возникновения разногласий между курайшитами и ансарами записывала текст на диалекте курайшитов. Отсутствие диакритических знаков и огласовок в ранних списках по­зво­ля­ло записывать одинаково слова, которые читались по — разному.

Существует мнение, что комиссия Зайда составила окончательный порядок расположения сур, свойственный всем последующим экземплярам Корана. Вместе с тем основной формой бытования Корана всё ещё оставалось за­у­чи­вание наизусть (хифз), в обучение которого входила передача традиции украшения рецитируемого текста (кира’ат).

Усман предложил всем принести имеющиеся у них записи и, положив в основу списки Зайда и Хафсы, составил сводный текст. С этого списка были сделаны несколько копий и разосланы в крупнейшие гарнизонные города, остальные списки было приказано уничтожить.

Количество экземпляров

В исторических летописях приводятся различные сведения о количестве экземпляров Корана, подготовленных по приказу ‘Усмана . В большинстве сообщений говорится о пяти экземплярах. В некоторых сообщениях упоминаются четыре экземпляра, в некоторых — пять, а в некоторых — семь. Ибн Абу Давуд передал мнение Абу Хатима ас-Сиджистани: «Было записано семь экземпляров Корана: для Мекки, Шама, Йемена, Бахрейна, Басры и Куфы, а один экземпляр остался в Медине».

По словам андалусского чтеца и богослова Абу ‘Амра ад-Дани, большинство источников указывают на то, что существовало четыре копии. Ас-Суйути считал, что наиболее достоверными являются сообщения, в которых говорится о том, что четыре копии были ра­зо­ст­ланны в Мекку, Куфу, Басру и Дамаск, а пятый (эталонный) список остался в Медине и получил название — имам.

Судьба неканонических свитков и Корана ‘Усмана

Все фрагменты Корана, оставшиеся после работы совета, халиф приказал сжечь. В версии аль-Исма‘или сообщается, что их было велено либо стереть, либо сжечь. В версии Абу Килябы говорится: «Когда ‘Усман завершил работу над свитком, он написал жителям провинций следующие послания: “Я проделал такую-то работу и стёр всё остальное, что было у меня. Сотрите же и вы всё, что есть у вас”». В версии Сувайда ибн Гафали сообщается, что ‘Али ибн Абу Талиб сказал: «Не говорите о решении ‘Усмана сжечь свитки ничего, кроме хорошего!».

Лишь список халифа Абу Бак­ра не был уничтожен, а был возвращён Хафсе . Относительно его дальнейшей судьбы ат-Табари приводит рассказ о том, что после смерти Хаф­сы все записи откровения были смыты. Согласно другим источникам, список был сожжён по распоряжению омейядского на­ме­ст­ни­ка Медины Марвана ибн аль-Хакама.

Большая часть списков ‘Усмана была утеряна уже в первые столетия. Известный средневековый арабский путешественник Ибн Бат­ту­та (ум. 1369) пишет, что видел отдельные листы из этих списков в Басре, Марокко и Гренаде. Ибн Касир в книге Достоинства Ко­ра­на сообщает, что видел один из списков ‘Усмана , в Большой мечети Дамаска. Возможно, эта книга сгорела в 1893 оду при пожаре в дамасской мечети. По другой версии список вывезли из Сирии сначала в Российскую империю, а потом — в Англию.

Сегодня на об­ла­да­ние звания «Корана ‘Усмана» претендуют библиотека ДУМ Узбекистана в Ташкенте, Музей исламских памятников и музей «Топ­ка­пы — сарай» в Стамбуле, книгохранилище гробницы аль-Хусайна в Каире. Исследования шрифта, написания отдельных слов и раз­де­ле­ния аятов указывают на то, что хранящиеся там рукописи, безусловно, одни из древнейших, но не являются списками халифа ‘Ус­ма­на .

Несмотря на распоряжение уничтожить индивидуальные списки, многие из них сохранились и находили приверженцев. По утверждению некоторых источников, отказался уничтожить свой список Ибн Мас’уд, говоря: «Да я читал [слышанные] из уст посланника, да благословит его Аллах и да приветствует, семьдесят сур, когда Зайд ибн Сабит с двумя косичками еще играл с мальчишками» [+14]. Можно понять его возмущение предпочтением, оказанным списку Зайда, ведь он действительно слышал и заучивал откровения в пору гонений, хранил свои записи как драгоценную реликвию, а их приговорили к уничтожению, предпочтя записи мальчишки. Сохранились также отдельные копии других провинциальных списков, которыми пользовались составители первых комментариев к Корану. Но все они после утверждения канонического текста утратили прежнее значение.

Литература

Использованная литература

• Ibn Ḥajar al-ʿAsqalānī, Fatḥ al-bārī. (ар.)
• Э.Р. Кулиев, Кодификация текста Корана // Корановедение: Учебное пособие. — М. : Изд-во МИУ, 2010. — С. 23-28. (рус.; сотр.)

Дополнительная литература

• J. Burton, Collection of the Qurʾan // Encyclopaedia of the Qurʾān. — Leiden : E. J. Brill, 2001. — Vol. I (A—D). — P. 351. (англ.)

Информация о статье

• Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
• Библиографическая ссылка: Кодекс ‘Усмана [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2021 г.
• URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Коран_‘Усмана
• Дата первой публикации: 3 февраля 2021 г.

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Авторы этой статьи — участники проекта Академии Корана. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи. Ссылки: 🔍 Просмотр (адм, арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}